Sidebar

Нет, я не прогрессор. И просто «попаданцем» назвать себя не поворачивается язык, хотя я реально попал! Попал в собственное детство. По непонятному стечению обстоятельств и неведомому космическому капризу. Да еще и с жизненным опытом взрослого человека — офицера запаса и преподавателя общественных дисциплин. Вот только менять ход истории, как это положено делать нормальному «попаданцу», как-то не с руки. Да и не особо хочется…

А зачем? Все ведь и так прекрасно! Что может быть лучше беззаботного детства во времена «развитого социализма»? Квас за три копейки, мороженое за девять, да и детство твое проходит не где-нибудь, а на берегу теплого Черного моря. Казалось бы, живи да радуйся, используй непостижимый разворот фатального колеса на полную катушку, так нет же! Горе от ума. Не дают взрослые мозги ребенку насладиться всей прелестью босоногого счастья. Из-за них и дружба с оперативниками из КГБ, и опасности по несколько раз на дню, а иногда и риск остаться без этой умной, но беспокойной головы.

А тут еще другие «попаданцы»! Братья, можно сказать, по несчастью. В этом беспечном «застойном» болотце, похоже, есть уже третий непрошеный гость из будущего! Да еще и такой… необычный. А третий, как известно, лишний.

Или нет? 

 

 

 

 

Сиголаев В.А.
Фатальное колесо. Третий не лишний: Фантастический роман / Рис. на переплете А.Клепакова — М.:«Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2018. — 278 с.:ил. — (Фантастическая История).
7Бц Формат 84х108/32 Тираж 3 000 экз. 
ISBN 978-5-9922-2622-5

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 1

ГЕННАДИЙ ФОН МЮНХАУЗЕН

— Все они тут повязаны! Все до одной!

Малолетний рассказчик выразительно таращит глаза,

грозно надувает щеки и даже слегка шевелит ушами в про_

странстве. Для вящей убедительности и торжественности

момента. Уши, надо отдать должное, шикарные — огром_

ные, в пунцовых прожилках, к тому же растопырены так,

что напоминают воздухозаборники у «Запорожца».

Эти «локаторы» принадлежат Генке Федюхину. Моему

однокласснику.

Он у нас душа компании, заводила и баламут. А глав_

ное — враль, которого свет доселе не видывал! Брехло. Бе_

лебеня! Сейчас, к примеру, на моих глазах происходит рож_

дение новой легенды. Легко и непринужденно, можно ска_

зать, в режиме импровиза формируется миф о том, почему

мальчишкам нашего сопливого возраста так хочется лиш_

ний раздернуть девчонку за косичку. Или треснуть порт_

фелем по маковке. Или — обратить злодейку в бегство,

а потом ловко подсечь вражину сзади подножкой. Эх, вы_

сший пилотаж!

Просто они... сами во всем виноваты!

Я откинулся на спину и зажмурился, с удовольствием

впитывая ароматы душистого крымского августа. Пахнет

выгоревшей травой, землей, разогретой под солнцем до

«сковородной» температуры, и чем_то цветочно_кипари_

совым, если можно себе такой запах вообразить. Цикады

трещат как полоумные, перепутав день с ночью.Стяжелым

гулом пролетают осы и стрекозы — от сада к саду, скорее

9

всего. Ведь самый фруктовый месяц на дворе. Самый луч_

ший летний месяц, сладкий и беззаботный.

Господи, хорошо_то как!

Мы оголтелой стайкой носились на велосипедах в при_

городе, потом слегка утомились и недолго думая рухнули

отдыхать прямо на травку, там, где и застала нас уста_

лость,—а чего далеко_то ходить? Теперь, раскинувшись на

уютном блекло_зеленом склоне в полутени абрикосовых

деревьев, мы степенно толкуем «за жизнь». В данный конк_

ретный момент слушаем доклад философа Генки с его но_

вейшими изысканиями в области гендерных стереотипов.

А он разошелся не на шутку:

— Они же днем — как обычные девки! Не отличишь.

В классики там свои играют. В куколки, в цветочки, в рези_

ночки, в дочки_матери свои... — Генкина компетентность

смутно настораживает. — Только вранье все это. Маски_

ровка. Прикидываются они! Точно вам говорю. На самом

деле они все — самая настоящая банда!

Любопытная версия.

И откуда все это берется? Нет, просто интересно, куда

гражданина Федюхина на этот разз аведет его неугомонная

фантазия?

Ну, давай_давай.

— Как только заходит солнце и наступает ночь,—наго_

няет особой жути рассказчик, — выходят они тайком из

дома, собираются вместе и начинают... ловить пацанов!

Ада! Дайте больше ада!

— Повсюду, значит, их ловят! По всему району! А как

поймают, пытать начинают. Привязывают к стулу—и... да_

вай раздевать!!!

Ого! Да у нас тут зародыши эротических фантазий! В во_

семь неразумных лет.

Ну, теперь понятно. Все вдруг стало ну просто предель_

но ясно.Ябысказал—транспарентность ночных коллизий

в каменных джунглях нашего района начинает торжество_

вать! Смотри ж ты, экие разбойницы! Ночные бестии. Ва_

лькирии местечковые! Ох и плачут по них портфели с под_

ножками. Так и надо этим бандиткам!

10

И смех и грех.

Каково мне все это выслушивать в свои пятьдесят с

лишком?

Не могу удержаться:

— Гендос! А ты — это, того... малость не преувеличива_

ешь?

Мне можно встревать в самые разнообразные разговоры

и задавать любые, даже такие провокационные вопросы,

потому что с недавнего времени я на районе пользуюсь не_

виданным авторитетом. И это не потому что, к примеру,

ловко дерусь или там лучше всех плаваю. Нет. Этим никого

не удивишь. Я просто недавно имел неосторожность про_

демонстрировать обществу несколько приемов так называ_

емого «битбокса» в собственной интерпретации.

Если кто не знает (молодежи не касается), битбоксинг—

это вовсе не одна израз новидностей классического бокса и

даже не искусство махаться битой. Это, как бы точнее

сформулировать, использование ротовой полости и голо_

совых связок не по прямому их назначению, а в качестве

воспроизведения музыкальных звуков и ритмов. Без вспо_

могательных инструментов, разумеется.

Не хватает мне, знаете ли, в этом времени современной

музыки.

Хочу попсы!

Вот и зарядил я как_то микс разухабистого ресторанного

бита, имитируя ударную установку. Получилось что_то

вроде: «Дык. Туки_пыщщ. Дык_дык. Туки_пыщ, пыщщ.

Дык. Туки_пыщщ. Дыки_мыки_фики_пыщщ». И по квад_

рату, как положено. На четыре четверти. Пока губа не оне_

меет.

Элементарщина, конечно, кустарщина дилетантская,

но общество от изумления оказалось на пятой точке.Имой

социальный статус неожиданно вознесся до небес. С тех

пор я регулярно совершенствую свои таланты звукового

имитатора и продолжаю «буреть» в пацанском коллективе:

— Вот откуда ты все это знаешь? В таких подробностях?

Про стул, про пытки? А?

— А... так меня тоже ловили...

11

Лихо. Не моргнув глазом! И даже не шевельнув ушами

ни разу.

— И тоже... пытали?

— А то! Стали привязывать к... железным воротам. Воз_

ле школы, знаешь? Ага, именно к этим! Да только я вырвал_

ся. Дал одной там... в нос. Вот так, хрясь! Тогда они ку_

ча_малой набросились. Майку мне порвали. Хотели штаны

снять — так я их раскидал всех. Да и утек! Они погнались

было, да только... ты же знаешь, как я быстро бегаю!

— Ты же майку о забор порвал. Когда к соседу твоему за

«изабеллой» лазили! Забыл, что ли? Помнишь, как мать

тебя ремнем гоняла?

— Другую! Другую майку! Новую! Да не жалко ее. Зато я

теперь их всех запомнил! Всех! Вон! Вон, смотри!

И, спрыгивая со скользкой «маечной темы», начинает

тыкать пальцем в сторону виднеющихся неподалеку част_

ных домиков. Мальчишки все дружно разворачиваются

туда.

— Видали? Ходят тут. Выглядывают!

Метрах в шестидесяти от нас изпроулка одноэтажек вы_

порхнула парочка наших ровесниц. Стрельнули глазками,

пошептались, хихикнули и вприпрыжку поскакали по ка_

ким_то своим девчачьим делам.

— Я одну изних видел там, — с важностью заявил Ген_

ка, — ночью. Это... Катька. Катька... Мокрушница. Самая

злобная из них. Вообще замочить меня хотела. Не знаю, что

было бы, если бы я не утек...

Ивздохнул печально, все же шевельнув для достоверно_

сти ушами.

Трагически на этот раз.

Я присмотрелся. Девчонки как девчонки. Одна, кажет_

ся, изнашей школы, изпараллельного класса.

Бред!

Однако пацаны слушали открыв рот. А Генка купался в

лучах ненадежной и кратковременной славы, млел от на_

слаждения.

Нужны еще доказательства? Сейчас слепим.

12

— Вот тебя, да_да, Димон, тебя! Разве девки тебя не ло_

вили ни разу?

Хороший ход!

Димка — слабое звено в нашей компании. Самый щуп_

лый и немногословный член стаи. Попробуй тут возразить

нашему «корпоративному моторчику». Да и не так уж часто

к Димону здесь обращаются. Особенно по таким серьез_

ным вопросам. Приходится соответствовать.

— Ну... ловили... один раз... Мм... На той неделе... Толь_

ко я их не запомнил вовсе. Мне... глаза сразу завязали...

Тряпкой...

— И как? Тоже пытали? Раздевали? — устроил я свиде_

телю «перекрестный допрос».

— Ну... я не помню,—замялся Димон и тут же ляпнул не

подумав: — Глаза же завязаны! Я и не видел ничего!

— Ине видел, и не слышал, и даже не почувствовал, как

штаны снимают, — добил я Генкиного подпевалу.

Димон густо покраснел, но за него сразу же вписался

наш барон Мюнхаузен:

— Чего ты пристал? Может... неудобно человеку вспо_

минать. — И дальше пошел гнуть свою линию: — А девки

еще и предупреждают всех, кого поймали,—мол, скажешь

кому—хуже будет! Специально за тобой охотиться начнут.

Тогда уж — все! Кранты!

Я притворно вздохнул:

— Жаль. Давай тогда прощаться, Гендос. Этот закат ты

видишь в последний раз. Теперь уж точно—сдернут с тебя

твои штанишки. А после этого какая жизнь пацану?

— Не дамся я, — угрюмо буркнул Генка, а затем, поду_

мав, прибавил пафоса: — Живым больше не дамся! Пусть

даже и не думают.

Я вновь откинулся спиной в пыльную душистую траву и

беззаботно заявил:

— Да ты просто не ходи никуда по ночам. Сделай уж

усилие над собой, потерпи. Понимаю, что дома не усидеть,

только ведь жизнь дороже! Она один раз дается.

Вот оно мне надо?

13

Чего к мальчишкам прицепился, дурень великовозраст_

ный? Чешут своими языками—и ладно. Проходят, так ска_

зать, свою школу коммуникации в коллективе, нащупыва_

ют ориентиры и экспериментируют статусами. Нормаль_

ное дело.

Но до чего же с ними скучно!

— А давай мы их сами ночью подловим, — неожиданно

даже для самого себя предложил я, вернувшись в сидячее

положение. — На живца! Вон Димона пустим вперед,

а сами в засаду. Покажем им, кто на районе хозяин. Паца_

ны или девчонки. А?

У щуплого Димки, как у того хамелеона, резко изменил_

ся цвет кожного покрова.

Кровь отхлынула от щек, и он изпунцового жизнерадо_

стного индейца вмиг превратился в зачуханного блед_

но_желтого ковбоя. Загар не позволил ему стать по_настоя_

щему белым.

— Меня... ночью не пустят, — позорно признался он.

Ну да! А кого здесь пустят?

В Генкиной легенде ночные забеги—самое слабое мес_

то.Мыже не беспризорники какие. Максимум в восемь ве_

чера всех оболтусов матери загоняют домой. А то и раньше.

Кого тут ловить злобным девчонкам? Самих себя? А к сло_

ву, их_то кто по ночам отпускает? Неправильные какие_то

у них родители.

Короче, все почувствовали, что Генкина версия слегка

завибрировала. Легенда стремительно теряла стройность и

грозила вот_вот рассыпаться. Но чем любопытен наш ран_

нешкольный возраст — логика здесь пока не имеет столь

определяющего значения, как, скажем, у взрослых. Или

даже у старшеклассников. Тянет мальчишек к чуду, к сказ_

кам, к фантазиям. Дед Мороз жив!Онпока еще существует,

а значит, могут существовать и ночные хищницы, алчущие

мальчишеских штанишек.

И получается — поделом мы их портфелями по макуш_

кам!

А что? В нашем двадцать первом веке те же американцы

используют не менее сомнительные поводы, чтобы, ска_

14

жем, очередной разсунуться в какую_нибудь страну во имя

торжества демократии.Амычем хуже?Унас свои «пробир_

ки с порошком».

И Генка не сдается:

— А что? Подходящая идея. Поймаем и наваляем. Точ_

но! Кто сможет ночью выйти?

Пацаны замялись. Стали отводить глаза.

Кто_то стал гонять муравьиного льва по лункам склона.

Кто_то начал втыкать палочку в землю — настоящие ножи

родители носить не разрешают. Желающих, короче, не на_

ходилось.

— Я смогу,—поддержал я Генку. Разз аварил сам кашу,

нечего отмалчиваться. — Когда собираемся?

— Вдвенадцать.Вполночь! На пустыре за кинотеатром.

Ада!

Пустырь — штатное место для драк между нашими дво_

ровыми группировками. Грозное место.Ио нем все знают.

Не перепутаешь. Генкин выбор символизирует серьезность

его намерений.

— Идет. Так что, вдвоем идем?

— Я сейчас у бабушки ночую, она старенькая, рано

спать ложится,—вписался конопатый парнишка по имени

Славка, — как заснет, я приду.

Славка не изнашего класса. И даже не изнашего двора,

что грозило бы ему обструкцией. Однако на нашей террито_

рии живет его бабушка, и поэтому у него шенгенская виза.

Доступ Славке в наш аквариум разрешен. Теперь же ему хо_

чется еще и статусного веса поднабрать среди чужаков.

— Ну, и я буду. Чего там. Делов_то...

Это Вадька Трюханов.

Отец его сидит (не безмоей помощи), сам Вадька живет

с бабушкой. Бабуля, кстати, у него мировая. Трюха навер_

няка ей скажет, что идет ночью со мной. Допустим, крабов

ловить в темноте, на фонарик. И его отпустят. Я среди ба_

бушек двора в авторитете. Сам не знаю почему. Догадыва_

юсь — чувствуют они что_то про мой скрытый возраст. На

подкорке ощущают, на жизненном опыте.

Вот и проникаются доверием.

15

— Все? Нет больше желающих?

Я обвожу взглядом каждого. И каждый сдувается — или

отворачивается застенчиво, или пожимает плечами, мол,

чего уж там, сам все понимаешь.

— Струсили, — с важностью констатирует Генка.

Годика через два_три за такое заявление он точно схло_

почет по шее. Безвариантов. Но бывшие первоклашки

пока миролюбивы как травоядные олени. Улица их пока

еще не обточила как надо. Хотя стремление к возмужанию

уже ощущается.

— Ничего не струсили, — возражает один из парень_

ков, — просто брешешь ты все, Генка!

Ага! Получил, Федюхин? По федюхинским высотам?

Это хорошо, что пока еще не по шее. Тем не менее первые

признаки рождения системной оппозиции уже очевидны.

Говорю же, взрослеет молодая поросль! Мужает.

— Сам ты брешешь! — взвился обиженный в лучших

своих начинаниях Генка. — Не хочешь — не ходи. Только

потом, как поймают тебя эти мыши, — не жалуйся нам!

— Мыши! Хи_хи.

— Заткнись, Димон. Мы сегодня ночью за всех пацанов

района отомстим. Если случится чего... не вернемся если,

значит... вы это...

— ...Считайте нас коммунистами, — не выдержал я. —

Хорош трепаться, ребя. Давай по домам. Родителей еще

надо уболтать...

А ведь это действительно проблема. Как же выйти но_

чью издома?

Придумал же себе головняк на ровном месте!__


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Back to top